Северное кольцо. День 3. Приозерск

       Я приехала в Приозерск, маленький портовый город на берегу Ладоги перед Валаамом, на автобусе, и на такси, стоившем столько же, сколько утренний рейс от СПб, добралась до пристани. Разговорилась с таксистом. Отслужил на флоте 18 лет, пришлось уйти в запас по причине развала всего и вся, теперь таксует. Узнав, что собираюсь обратно через пару дней, рассказал, что его подруга тоже так говорила, но уже третий год как живёт на острове и даже устроилась начальницей почты. Его приятель так же ехал ненадолго и всё-таки вернулся недавно, прожив на Валааме … 2 года.

Приозерск, пристань

На пристани я поднялась на борт метеора – быстрого корабля с небольшим водоизмещением. На встречу мне вышел пухлый розовощёкий весельчак, в котором я безошибочно угадала капитана.
- А Вы сюда зачем?

- А Вы мне что, не рады?

- Рады-то рады, но мы никуда не идём – шторм-прогноз. Ждём до часу дня – что скажет диспетчер. Но вещи пока можете оставить – вдруг повезёт.

Порадовавшись, что хотя бы избавилась от своей вечной обузы – сумки, я вернулась на берег. Было 10, а на Валаам шло всего 3 рейса – 9:30, 11:00 и 13:00. Сначала я почти отчаялась – возвращаться в Питер было не с руки, сидеть в Приозерске казалось немыслимым, а путь на остров был отрезан неспокойным морем. Однако, справившись с первой досадой, я принялась думать и слушать.

На берегу стояла мини-гостиница для неприхотливых туристов и паломников. Общие номера на 6-8 коек, 2 мужских и 1 женский, кухня, веранда-приёмная и кабинет. На крыльце стоял директор гостиницы, совмещая таланты администратора, утешителя, массовика-затейника и отца родного. Прибывали люди, и он снова и снова разъяснял ситуацию. 

Р. Вуокса

Мимо прошёл немолодой мужчина, перебросившийся парой слов с находившимся здесь же сторожем. Скоро с Валаама на заправку должен прийти президентский катер «Паллада», которому не страшен никакой шторм. Поняв, что это мой шанс, я незаметно последовала за стариком. Это стало судьбоносным в моей поездке. Мы неожиданно легко разговорились, и скоро знали друг о друге столько, словно были близкими друзьями.

 Он оказался моим земляком (встретила за 1500 км от дома!) и человеком судя по всему одиноким и тоскующим по общению. Немудрено – жену схоронил, дети, родные и некровные, выросли и живут далеко, приёмная дочь советует жениться снова, только он всё не может познакомиться – работа, стройка… Зашёл разговор и обо мне… Мы укрылись на пороге его рабочей каморки от дождя и говорили о жизни и обо всём на свете, а знакомые между собою сотрудники пристани и гостиницы, проходившие мимо, почему-то очень веселились на наш счёт, хотя что уж тут странного, если двум людям нашлось о чём поговорить.

Погода лишь ухудшилась, директор ночлежного дома скрепя сердце вернул уплаченные ему за несостоявшуюся поездку авансы, а я поняла, что надо делать. Проехать пол-России, чтобы сдаться на последних 50 км было не в моих правилах, поэтому я осталась до следующего дня на пристани в этой гостинице. Забрав чемодан и наконец-то переодевшись в тёплое и сухое, я  собралась познакомиться с древним Приозерском, раз уж выдался такой случай.

В этот момент в номер зашла барышня, заслуживающая отдельного рассказа. Актриса театра пантомимы, моя ровесница и мама 5-летнего малыша, несколько месяцев ездила с ним автостопом по Таиланду, а теперь вручила его родителям (не без скандала, но ведь и её в детстве без зазрения совести сдавали бабушкам и дедушкам на всё лето) и отправилась на 2 недели трудницей на Валаам. Трудники – это люди, работающие в монастырях во славу Божию, т.е. безвозмездно, лишь за проживание и еду. Обычно они по понятным причинам согласовывают свой приезд с монастырём, но моя соседка, судя по всему, приняла решение ехать спонтанно и отправилась на свой страх и риск. 

Актёры. Непосредственны как дети и эфемерны как бабочки...

Вещей у неё было всего ничего, ветровка с капюшоном, трикотажная юбка не толще футболки и тканевые кеды. Девушка напросилась гулять со мной, вдобавок ей был очень нужен интернет (зачем – выяснилось позднее). Это создание отчего-то вызвало у меня сочувствие, поэтому я отдала ей так не разу и не одетый дождевик и, если б не 42 размер её ног, отдала бы и свои закрытые туфли. Сумки и карманов у неё тоже не было, поэтому она мне, едва знакомой, вручила паспорт и кошелёк, и мы пошли. Крупные вещи оставили в пустом незапертом номере – их никто не тронул…

Едва выйдя на дорогу, подруга принялась уговаривать ехавшего в город деда подвезти нас за так – всё равно же по пути. Он отказался, но когда позже он нагнал нас и она возобновила уговоры, то дед понял, что у него нет никаких шансов и всё-таки взял. Мы вышли у древней крепости Корела – символа Приозерска (кстати, здесь снимался всё тот же фильм «Брат»). 

Её стены крепко вросли в землю. Внутри находится несколько зданий из таких же крупных камней, что и вал; они используются под вполне современные нужды  - музей этнографии, выставка-продажа валяных изделий, магазин сувениров, камера, где содержались жёны Емельяна Пугачёва – младшей было всего 17!

После крепости мы всё-таки нашли интернет – оказалось, что он нужен был, чтобы скачать непросмотренные эпизоды какого-то сериала. Я-то думала, что для связи с родными, но у каждого свои ценности. Тогда мне показалось это странным, но сейчас я начинаю понимать, что, вероятно, ей как актрисе это было нужно для непрерывного самообразования. Wi-fi в провинциальном городке был явно не предназначен для скачивания медиа, и пошли искать другой источник. По пути зашли в центральный городской храм, где узнали, что в этом городе wi-fi есть в ещё одном кафе, куда и отправилась моя приятельница, а меня заинтересовало, что в Приозерске находится подворье Валаамского монастыря.

Подворье Валаамского м-ря

Понимая, что я могу и не попасть на Валаам, я решила посетить хотя бы подворье, и наши пути со странствующей актрисой разошлись. Ориентируясь по объяснениям женщины в храме и по заранее распечатанной, но всё-таки слишком мелкой карте города, я пошла искать подворье. Оно напомнило природу самого острова и монастырь – здания красного кирпича находились посреди узловатых высоких сосен с ветками лишь на самой макушке. Вечерняя служба шла при участии 1 священника и пары монахов на клиросе. Моё появление заметили далеко не сразу, и, кажется, оно их очень удивило, - судя по всему, прихожане здесь редки. Однако, виду они не подали, и я спокойно помолилась, рассмотрела искусно вышитые рушники, которыми была украшена каждая икона, и пешком пошла в гостиницу.

Чувство направления изменило мне на этот раз, и лишь дойдя до городской окраины, я решила уточнить дорогу и тут же увидела здание с символичным корнем «спас» в названии (некое подразделение МЧС, переформированное, по видимости, из противопожарной службы). Оказалось, что сгоряча я зашла на противоположный край города… Сотрудник удивил меня тем, что извинился за невозможность подвезти меня – занят по работе. Он подсказал мне самый длинный, но безошибочный путь, и, поблагодарив, я насколько возможно бодро отправилась в эту неблизкую дорогу.

Понтонный мост

Был путь и покороче, правда по более безлюдным местам, и, я решила испробовать его. Мне всё легче удавалось заговаривать с незнакомыми людьми, и первый же встреченный велосипедист прочитал со мной мою карту и указал дорогу через промзону и понтонный мост за неким заводом. Снова потянулись солнечные вечерние улицы, заполненные 2-3 этажными домами ещё Советской эпохи. Дойдя до чего-то, похожего на завод, я снова спросила дорогу – оказалось, ещё не то, и меня опять хотели подвезти, но тогда я ещё держалась и не садилась в чужие машины.

Я прошла раза в 3 больше, чем ожидала по рассказу своих советчиков, но прогулка получилась интересной и приятной. Закончился город парком с типично северной растительностью, мостиками и ручьями, плавно перешедший в лес. Понтонный мост через Вуоксу вывел в сосновый бор со множеством ягод – черники, костяники, брусники, и в гостиницу я пришла, изрядно пополнив свой витаминный запас.